# Авантюрный интерьер

Нормальный человек старается или вынужден жить современно, быть во всем или хоть в чем-то созвучным моде. А оригиналы, не желающие «быть как все», самовыражаются в крайностях, в дивном симбиозе «последних писков» искусства и его былых художественных подвигов. Они окружают себя всем, что составляет их собственную особую моду.

Среднестатистический обыватель по этому поводу испытывает сложные чувства, гневаясь и невольно восхищаясь одновременно: «Ну, это уж слишком!» Или: «Живут же люди!». Но живут-то, как правило, небогато, мало заботясь о номинальных прелестях и эргономических евростандартах своего дома, относясь к быту на зависть его рабов более чем легкомысленно, а к миру вообще — бесшабашно до пофигизма.

Это индивидуалисты, которых тяготят социальные нормы и привлекает все нестандартное, олицетворяющее не едино-, а своеобразие и в работе, и в отдыхе, и в общении, и в жилом интерьере, созданном в стиле ПОП-ДИЗАЙН

В пластическом образе этого стиля угадываются знакомые прототипы: модерн и авангард, функционализм и хай-тек, декоративизм и кич... Источники, казалось бы, заведомо несовместные. Ан нет! Поп-дизайн лихо микширует их на своей творческой кух не, получая в результате вполне художественно-вкусный продукт.

Это, конечно же, эклектика. Но выглядит свежо и заманчиво, покоряя воображение арт-гурманов своей непохожестью на эклектику в привычном понимании этого слова. А дело в том, что поп-дизайн — это авантюрная эклектика, позволяющая моделировать в интерьере самые невероятные «вольнолюбивые» имиджи: дух пиратского парусника или рыцарского замка, разбойничьей пещеры или хижины отшельника... Это выражается с помощью высоких тех нологий завтрашнего дня, в разноцветье и разнообразии фактур материалов, световых полей антиквариата, в компоновке форм и пространств по законам детского творчества, с присущей ему искренностью и непосредственностью в ощущении реальности.

Поп-дизайн создает интерьер-знак.Таким же знаком был некогда антураж хиппи, панков, металлистов, байкеров... Поп-знак идентифицирует своего обладателя, подтверждая его независимость и неординарность, выделяющую на сереньком фоне его амбициозную самодостаточность.

Этот стиль — одно из наиболее ярко выраженных сегодня декадентских явлений. Его кредо — быть вне масс, в узком кругу обожателей эгоцентризма. Это и делает невозможным его широкое репродуцирование. Основной массой поп-идеи воспринимаются как экстравагантный эстетский выпендреж, к которому можно, конечно, отнестись снисходительно, например, как к психически невменяемому субъекту, эпатирующему уличную толпу экстравагантными выходками.

Поп-стиль действительно становится своеобразным стимулятором пижонства, показного тщеславия, которое, как это ни парадоксально, зачастую оказывается пожизненным спутником талантов. Если верить великому Ларошфуко, то без этого вообще невозможна полноценная реализация дарований. Поэтому, если соискатель поп-образов не обделен какими-либо способностями, то дизайн жилища постарается придать им «товарный» вид — иногда нарочитый, иногда вызывающий, но никогда не оставляющий равнодушным.

Не менее интересен психофизиологический аспект поп-дизайна, который, олицетворяя идею духовного раскрепощения личности, отражает и присущий этому состоянию по-детски восторженный оптимизм. Человеку, по-своему искренне верящему в праведность бытия, всегда мнится, что его взгляды когда-нибудь да оценят. И вот тогда все наконец-то поймут, как были неправы, недооценивая уникального современника. Ну а пока он, как и его единомышленники, противопоставляет хронической невостребованности юношескую способность выживать мечтой о светлом завтра. Это защитный рефлекс, позволяющий бодро держаться до 20 лет. Затем — в 30. Потом — в 40, в 50 и так далее... Этому здорово помогает стиль. Будто средство Макропулоса, он дарит человеку непреходящее ощущение молодости, счастливую возможность если не внешне, то по крайней мере внутренне долго-предолго не стареть.

Становление поп-дизайна в каждом обществе напрямую связано с состоянием его экономики. Культовый в постмодернизме философ Жан Бодрийар считает, что в промышленно развитых странах экономику накопления рано или поздно сменяет так называемая экономика желаний, когда человек, пресыщенный универсальными ценностями и стилистическим ширпотребом, захочет посвященного только себеэксклюзива.И этот потребитель-революционер непременно станет стремиться к столь же революционному атрибутированию своих идей. На это, как показывает мировой опыт дизайна, совсем не обязательно тратится много денег, но обязательно много тратится личностного.

Такая персонификация жилища для нас пока явление нечастое. Более характерным остается пока следование рекламному зову, а не собственной индивидуальности. Но как только кто-то вспоминает о СЕБЕ, о СВОИХ желаниях, он может рассчитывать на помощь в лице поп-дизайна, готового эти желания воплотить со всей искренностью и непосредственностью.

вверх